- Всё верно. Ну и что?

- Вы - воплощение двух кошмаров прошлого: насилия и отчуждённости. Все наши социологи считают их типичными болезнями двадцатого века и предупреждают, что выжили мы только потому, что избавились от этих недугов.

- Вы от них не избавились. Вы лишь научились скрывать их.

- Возможно, вам так кажется, но случаи насилия теперь крайне редки, а отчуждение практически не встречается. И только римраннеры - люди, в которых мы нуждаемся, люди, которым мы доверили нашу передовую линию защиты - воплощение этих страшных болезней.

- Почему бы вам просто не устроить для нас карантин? Посылать наверх, но вниз не пускать.

- Такое предложение рассматривалось.

- Впервые слышу. Расскажите подробнее.

- Конфиденциально, капитан. Надеюсь, это ясно? Абсолютно конфиденциально.

- Понятно.

- Три года назад, специальная комиссия рекомендовала перенести базы римраннеров на “Луну-IV” и объединить с комплексами “Соломонов” и “Паладинов”. Для римраннеров должна была быть выстроена отдельная колония.

- Проклятые неблагодарные ублюдки, - сказал Вандерхорст, поднявшись с места.

- Предложение было категорически отвергнуто и никогда более не выдвигалось. Я упомянула о нём, чтобы вы поняли, какой страх вызываете в некоторых умах.

- Некоторых умах. Отродье сукиных детей, плевавших в моего отца, вернувшегося с войны, от которой они отвертелись, - Вандерхорст уселся обратно в кресло. Он бессмысленно уставился в пространство перед собой, тяжело дыша. - Думаю, вам лучше уйти, - сказал он.

- Я не была согласна с тем предложением, голосовала против. И сделаю это снова, если понадобится.

- Я завершу следующий виток в 2107 году. Вам будет за восемьдесят. Возможно, вы уже умрёте. Кто знает, как всё тогда обернётся?

- Вы можете остаться и работать на программу.

- В окружении лоби, считающих меня чокнутым? Увольте, сенатор, я лучше полечу.